Ассоциация рециклинга отходов
map
  • phone
    Телефон

    +7(499)229-777-0

  • address
    Адрес

    Новый Арбат, 21, оф.2241

  • instagram

Мусорная реформа: капитаны покидают корабль

- -
Мусорная реформа: капитаны покидают корабль
18.11.2020

            Капитаны мусорной реформы покидают тонущий корабль. Отправлен в отставку глава Минприроды Дмитрий Кобылкин, отвечавший за ее релизацию и нацпроект «Экология». Несколькими днями раньше снят с должности Илья Гудков, руководитель публично-правовой компании «Российский экологический оператор» (РЭО). Что бы это значило?

        Отставки были ожидаемы. В конце сентября аудиторы Счетной палаты пришли к выводу, что ситуация с мусорной реформой в России «близка к критической».
По данным Счетной палаты, в стране 1099 легальных полигонов, в 32 регионах их мощности будут исчерпаны до 2024 года, в 17 из них — до 2022 года. С ужасающей скоростью растут незаконные свалки. В начале реформы их насчитывалось 22 000, сейчас 28 000. Раздельный сбор отходов, сортировка и переработка не вводится. Инвестиций в отрасль нет. Треть операторов находятся на грани банкротства.

               На должность главы Минприроды предложена кандидатура министра по Арктике Александра Козлова. Кто займёт вакантное место руководителя РЭО, пока не известно. Остается только надеяться, что это будет профессионал в области экологии, а не очередной строитель или финансист.

            Однако, по мнению экспертов, смена руководства вряд ли качественно изменит ситуацию в мусорной отрасли, скорей всего, очередную провальную инициативу государства похоронят по-тихому и вернутся к прежнему порядку, когда муниципальные власти организовывали сбор и утилизацию ТКО. Такой поворот событий отвечает и настроениям в обществе, которое уже не сомневается, что вся эта история с мусором была затеяна только для получения прибыли и дополнительных платежей с населения.

                С начала реформы население заплатило за вывоз и утилизацию отходов около 400 млрд. рублей ( 190 млрд руб. в год). Куда делись деньги и почему они не дали эффекта, разбирались «Новые известия».

А ВЫ, ДРУЗЬЯ, КАК НИ САДИТЕСЬ…

           Частая смена управленцев не пошла на пользу реформе, признает Председатель комитета ГД по экологии и охране окружающей среды Владимир Бурматов. Но, похоже, они даже не успевают нагреть место, не говоря уже о том, чтобы начать разгребать завалы в отрасли. Напомним, публично-правовая компаниия «Российский экологический оператор» (РЭО) была создана по указу президента Владимира Путина в январе 2019 года. Цель - обеспечение законодательных норм по обращению с твердыми коммунальными отходами и реализации национального проекта «Экология». Первым руководителем был управленец из президентского кадрового резерва Денис Буцаев, он продержался на должности с февраля по ноябрь 2019 г. (сейчас - губернатор Белгородской области).

            Первопроходцу мешали работать административные проблемы, а проще говоря, у команды Буцаева не сложились отношения с бывшим замминистра природы Владимиром Логиновым, считавшим новую структуру «лишним звеном» реформы. Из-за этого буксовали не только масштабные решения, но и элементарное получение денег на зарплаты сотрудникам. Клерки жаловались на отключение телефонов за неуплату, и даже на то, что лифты в башне «Федерация» не останавливались на этаже, где располагался РЭО.

         Пободавшись с замминистра, Бацаев покинул пост, вскоре сняли и Логинова. Вакансия руководителя РЭО пустовала полгода – не было желающих попробовать себя в роли камикадзе. С приходом Ильи Гудкова, имевшего дружеские отношения с Кобылкиным, работа с Минприроды наладилась и перебои с зарплатой в РЭО прекратились. Более того, если на функционирование РЭО в 2019 году было потрачено около миллиарда рублей, Дмитрий Кобылкин оценил бюджет компании на 2020 год в 2,7 млрд руб., истратили 2 млрд. Основные расходы пошли на оплату труда и аренду офиса в «Москва-Сити».

             Однако и при столь благоприятных финансовых условиях Гудков не удержался на месте дольше 7 месяцев. «Все его неудачи из-за незнания региональной специфики», - рассказал «НИ» бывший сотрудник РЭО, переместившийся сейчас в более спокойное министерство, подальше от Минприроды. Главная ошибка, по его словам, – тупиковый алгоритм работы над федеральной схемой от регионов. Гудков с удивлением узнал, что им не нужна переработка и сокращение захоронений, местные власти занижают в бумагах образование отходов. В итоге федеральной схемы просто нет, РЭО не знает, сколько и какого мусора образуется, какие объекты и где вводятся или планируются.

          «Развитие отрасли свелось к созданию электронных модулей к федеральной схеме - слайдов, которые показывают, как должно быть, если кто-нибудь когда-нибудь этим займется», – рассказывает источник.

        В 2020 году РЭО как госкомпания заключила договоров на 186 млн. рублей, самый крупный из них – на 75 млн. – как раз на эти виртуальные модули, подсчитали аналитики «РТС-тендера». Министерство Кобылкина отнеслось к главному делу Гудкова благосклонно, но встретило неприятие нового вице премьера правительства Виктории Абрамченко. Она назвала схему «игрушечной». Руководству компании досталось за методологические упущения в отрасли, за несогласованность федеральной схемы с регионами, и за то, что она не разработала механизмы привлечения инвестиций. Конфликт Гудкова с вице-премьером, по мнению наблюдателей, свидетельствует о том, что в самом правительстве вокруг мусора столько аппаратных течений, что и не угадаешь, в какую сторону плыть.

ХОТЕЛИ КАК ЛУЧШЕ, НО БЕЗ ДЕНЕГ

         В интервью РБК Виктория Абрамченко рассказала, какие задачи стоят перед РЭО:

        «Мы посмотрели на нацпроект «Экология» по-новому, чтобы он стал не просто набором неких мероприятий, которыми министерство и так занимается… Эта организация должна помогать государству обеспечивать реализацию всей реформы по обращению с отходами и вторичными материальными ресурсами, а также с реализацией концепции РОП. Они должны анализировать все проекты в регионах с точки зрения бизнес-устойчивости и видеть, где рождается мусор, в каком объеме в этом регионе будет выгодно построить мощности [по переработке или утилизации], изучить логистику, оценить издержки, а также обоснованность тарифов [на вывоз отходов]. Но пока не удалось выстроить четкую систему, под которую будут заложены инвестиционные циклы».

       Еще до отставки Гудкова и Кобылкина на рынке сложилось мнение, что дни компании сочтены. И дело тут не только в том, что РЭО при покровительстве Минприроды стал просто начальником над операторами отходов, притом таким, который не смог предотвратить их скрытые банкротства, уход с рынка, остановки работы. Как считает руководитель экспертно-аналитической платформы «Инфраструктура и финансы устойчивого развития» Светлана Бик, отрасль в кризисе в первую очередь из-за неплатежей и непродуманных действий правительства.,

       На поддержку всех инвестиционных проектов по формированию инфраструктуры обращения с ТКО, запланированных в нацпроекте «Экология» до конца 2024 г., нужно 420 млрд руб. Ровно столько, чтобы к этому сроку заработали 250 новых мусороперерабатывающих и сортировочных предприятий. Только тогда возможно перерабатывать не 7% твёрдых коммунальных отходов, как сейчас, а 36%, как запланировано. Обычно бизнес считается привлекательным, если инвестиции в новые проекты окупаются за 10 лет. Поэтому важно со стороны государства на первом этапе поддерживать частных инвесторов, чтобы сократить эти сроки. Именно для этого и был создан РЭО, через которого правительство решило оказывать финансовую поддержку инвесторам, осуществляющим проекты по утилизации отходов. К сегодняшнему дню инвестконтракты профинансированы на жалкие 5,5%. Новых объектов сортировки/переработки с участием государства нет даже в зачаточном состоянии.

      Винить только РЭО в такой ситуации нельзя: он получил деньги на поддержку инвесторов лишь в декабре прошлого года. Почему так поздно? Во-первых, так окончательно и не утверждены правила, по которым будет предоставляться поддержка регионам. Во-вторых, Минприроды долго согласовывало с субъектами проекты, которые поддержит государство. В итоге выяснилось: 42% регионов не готовы начать строительство новых объектов. Они или не смогли заинтересовать ими инвесторов, или не подготовили вовремя документацию.

     Тем не менее, в самом конце прошлого года РЭО получил на «сортировку-переработку» из федерального бюджета 10 млрд рублей — и ни копейки не потратил. Деньги вернулись в резервный фонд. В итоге они стали тем самым источником, из которого в начале этого года получили помощь регоператоры, оказавшиеся на грани банкротства.

       Деньги влили, чтобы снизить остроту проблемы. Насколько они эффективно были потрачены, Счетная палата собиралась проверить в следующем году. Но уже в июне 2020-го банкротство угрожало 22 региональным операторам. На этот раз госбюджет отмолчался. Но регоператорам есть чем надавить на местные власти: не хотите помочь – завтра улицы превратятся в помойки. Со страху, что монополист это вытворит, некоторые регионы идут на уступки. Например, буквально на днях Дума ХМАО выделила на поддержку своего регоператора 163,9 млн рублей, с миру по нитке собирали операторам в Магадане, Бурятии, Забайкалье, Волгограде, Новосибирске, Пскове – 32 региона, все не перечислишь.

СОБЕРИ 4 ВЕДРА МУСОРА В ДЕНЬ

       По идее финансовые проблемы операторов предполагалось решать за счет платы за вывоз мусора, но эта идея повсеместно трещит по швам. В Красноярском крае собираемость платежей одна из самых худших в стране. По информации профильного министерства, почти половина населения региона числится в должниках.

      - Мы проводим большую работу, которая раньше не делалась: закупаем технику, контейнеры, готовы строить объекты обезвреживания. Но тариф, который учел бы все наши затраты, окажется неподъемным для населения. Нас и так воспринимают как коммерсантов, которые пришли только деньги собрать... Убытки уже исчисляются десятками миллионов рублей", - поделился с «НИ» гендиректор одной из управляющих кампаний в Красноярском крае Евгений Шепелев. - У нас почему-то учли только средства от населения, хотя примерно столько же мусора образуется на предприятиях и в организациях. Этот мусор оказывался в тех же бачках, которые стоят в жилом секторе. К регоператору эти деньги практически не попадают по закону, он вынужден каким-то образом с предприятиями договариваться.

      - Хуже всего платят юрлица и муниципалитеты, подтверждает Андрей Смелянский, председатель комитета по предпринимательству Торгово-промышленной палаты Сибири. - Когда закладывалась эта реформа, ставка основная делалась на то, что оборот средств будет набираться с населения. А расчеты какие-то были? Нет! Пришли варяги, в основном из Москвы и Питера, убрали муниципальную управляющую организацию и полезли напрямую к собственнику, не задав вопросы: а какое накопление? А с какой скоростью будет накапливаться? А кто будет отслеживать первичный вариант накопления? Логистика, потоки, точки сбора, заводы, станции сортировки? – нет, не слышали.

       Терсхемы тоже были сделаны очень быстро, впопыхах, еще быстрей разогнали старых перевозчиков, владевших актуальной информацией, поставили своих…

        Проблема почти всех регоператоров в том, что у них нет четкой бизнес-модели. Они все пришли с пониманием: «Ну сейчас мы тут денег поднимем …» Поэтому расчеты были некорректные, поэтому тарифы и выросли. Потом люди взяли «жировочки» и увидели: «Ой! Мусор – 9 рублей с квадратного метра. Ой! 150 рублей с человека!». Это действительно «ой!» по сравнению с дореформенными порядками. Тогда договора были, скажем так, не с фиксированной ценой, а по вывозу бака, сколько он стоит, и как быстро вывезен. Деньги брались из содержания общего имущества многоквартирного дома. Собственники даже не замечали. Сейчас замечают и за работу спрашивают. И платежи поплыли, поплыли…

          Люди нам пишут:«Мусорная реформа» началась с вранья. Норматив завышен в 10–20 раз. Семья из четырех человек должна каждый день выносить четыре ведра мусора, и платить за это 500-700 рублей в месяц. Абсурд!» - говорит Андрея Смелянский.

       И вот, чтобы не признавать этот абсурд, федеральному центру ничего не остается, как поддерживать институт региональных операторов подачками из местных бюджетов и волевым – политическим - снижением тарифов на 1-2% в случае обострения ситуации в регионе. Массовый пересмотр условий их работы, начавшись в первом полугодии 2019 года, продолжается: нормативы накопления изменились в 19 регионах, единые тарифы на услугу регоператора без конца скачут то вниз, то в верх в 33 субъектах РФ. Понятно, почему они взвыли…

        Поправить материальное положение регоперторов за счет экологического сбора с импортеров и производителей товаров, упаковка от которых и составляет большую долю коммунального мусора, у отцов реформы руки почему-то не доходят. Сейчас он не превышает 3 млрд руб. в год. Население, напомним, платит за вывоз и утилизацию отходов 190 млрд руб. в год. Это несопоставимые цифры.

НА СТАРЫХ ДРОЖЖАХ

       Очень похоже, что реформа, и дальше будет бродить на тех же старых дрожжах. Но люди отказываются отдавать деньги и возмущены свалками. По подсчетам думского комитета по экологии, за последний год 2,6 млн россиян обратились за перерасчетом платы за коммунальную услугу, в том числе потому, что она не оказана в полном объеме – нет сортировки, переработки и надлежащего захоронения. Региональные операторы вынуждены были вернуть людям в общей сложности 900 млн рублей.

          Дело не только в деньгах. В суды обращаются граждане, когда на глазах рушится то, что было налажено до начала мусорной реформы. В Орловской области уникальный мусоросортировочный комплекс «Экосити» частного предпринимателя Юрия Парахина не попал в территориальную схему, несколько месяцев простоял без сырья. В это время 200 работников наблюдали, как в нескольких метрах от завода растет закрытая свалка. Компромисса с оператором достигли в суде: мусор заводу стали давать при условии, что он за собственные средства рекультивирует несанкционированную свалку.

         Старейший мусороперерабатывающий завод в Белгородской области тоже не вписался в территориальную схему, полгода доказывали в суде свою нужность. 

         Компания из Смоленской области запросила помощи у Счетной палаты, в одном из интервью рассказал аудитор Александр Мень. «Она организовала предприятие по переработке и утилизации твёрдых коммунальных отходов (ТКО). Но её мощности недозагружены, а местные операторы отправляют несортированный мусор на полигон. Почему в регионе принята такая схема? Почему в ней не отражены интересы переработчиков?» На звонок «Новых Известий» смоленским переработчикам – изменилось ли что после заступничества Счетной палаты? - откликнулся сторож – «Никого нет. Отходов тоже нет. Увядаем потихонечку».

            Короче, если в зоне регоператора копошатся мелкие предприниматели или волонтеры, понемножку собирающие пластик-картон, регоператор от этого почти ничего не теряет в деньгах. Но если кому-то удастся раскрутиться и он начнет забирать существенные объемы мусора, которые могли быть вывезены на полигон, к нему, разумеется, будут приняты меры. Ведь он отбирает у регоператора прибыль.

            В принципе, свои сетки для раздельного мусора может устанавливать любой предприниматель – реформа этого не запрещает. Но, как пояснил «НИ» эксперт общественной организации «Экология городской среды» Иван Жулебко, здесь есть нюанс. Нельзя их устанавливать на контейнерной площадке регоператора, надо оборудовать свою площадку, отдельную. И она, конечно, должна отвечать требованиям СанПиН и Правилам обустройства площадок накопления ТКО, утвержденным правительством. Вот это условие уже из разряда невыполнимых.

ВПЕРЕД, К ОПЫТУ СССР

             Мелкие факты, нестыковки, недоработки, амбиции, алчность – порознь, вроде бы все решаемо, но в целом, как считает фракция «Справедливая Россия» в ГД, вывод такой: на самом деле мусорная реформа задумана для того, чтобы отобрать полигонный мусорный бизнес у региональных и местных элит и передать его федеральным элитам, интересы которых и представляют повсеместно региональные операторы. Экология, чистая страна, цивилизованное обращение с отходами в этой конфигурации играют второстепенную роль.

          Руководитель фракции Сергей Миронов публично призывает правительство признать провал мусорной реформы и утопичность планов ее корректировки. «Надо сделать шаг назад и вернуться к прежнему порядку, когда муниципальные власти организовывали сбор и утилизацию ТКО. Они это делали не хуже коммерсантов, а зачастую и лучше, да еще и дешевле. И жители будут знать с кого спрашивать. Сортировку и переработку стоит выделить в отдельное направление. Здесь уже можно экспериментировать, привлекать частных инвесторов. Главное, что люди за это уже платить не будут – пусть им платят, пусть им будет выгоден тот же раздельный сбор. Как это было в СССР, опыт которого стоило бы изучить вместо того, чтобы выдумывать оторванные от жизни концепции», – заключил Сергей Миронов.

        Однако последует ли правительство советам эсеров, или сами советы - не более чем предвыборный пиар партии, отыгрывающей горячую тему за год до новых думских выборов - большой вопрос.

Возврат к списку